Книги

Конкуренты

22
18
20
22
24
26
28
30

Понурые аудиторы, переживая каждый свое, поплелись в таблинум, где их ожидал суровый шеф. Серега, несмотря на показную самостоятельность, шефа все же немного побаивался. Он очень уютно устроился в этом мире и не без причины считал себя Боброву очень многим обязанным. И ему очень бы не хотелось всего этого одномоментно лишиться. А вот Бобров мог такое и устроить. Не по злобе, а для острастки. Вован же ничего криминального за собой не ощущал и опасался просто на всякий случай. Привычка у него была такая.

— Ну, продолжайте, — сказал Бобров, расположившись в кресле. — С организацией мне все ясно. Теперь переходите к главному, за чем вас, собственно и посылали.

— Ну, — начал Серега и посмотрел на Вована, но тот сделал отсутствующее лицо и Серега понял, что отдуваться придется самому.

— Значиттак, — сказал Серега. — Начну по позициям.

— Вот это верно, это правильно, — одобрил Бобров. — Начни, пожалуй.

— Начну, — неуверенно сказал Серега и откашлялся. — С рыбы начну.

Бобров кивнул поощрительно и сел в кресле поудобнее, демонстрируя готовность слушать.

— Рыбы мы поставляем около сотни килограмм раз в два дня, — сказал Серега, косясь в сторону Вована.

Бобров благостно кивал.

— Средняя стоимость получается около пяти долларов. Вообще-то местная рыба стоит дешевле, но мы же поставляем отборную. Например, наша камбала примерно в два раза крупнее местной. Я уж не говорю про султанку и ставридку. Кефаль вообще вне конкуренции. Для розницы приходится отбирать самую мелкую, потому что сразу возникает вопрос — где выращивали и на каких витаминах. В ресторанах, слава Богу, таких вопросов не задают, ну там и цены на доллар повыше. Итого получается партия рыбы примерно в четыреста долларов. То есть в месяц выходит шесть тысяч.

Серега опять посмотрел на Вована, словно ища одобрения, но тот был бесстрастен. Серега вздохнул и продолжил:

— Теперь масло. Мы поставляем сто двадцать литров, опять-таки, раз в два дня. Как я уже говорил, масло делится на две партии в примерно равной пропорции, но, опять же, в зависимости от запросов оптовика, которому Юрка, как правило, не отказывает. Хотя он и платит меньше, зато без этих хлопот. Я имею в виду закупку тары, фасовку и распродажа в розницу с вечной угрозой влететь. Тем не менее, средняя цена получается в семь долларов за литр. И того восемьсот сорок или двенадцать тысяч шестьсот в месяц.

— Маловато получается, — пробормотал Бобров. — Пока… Кстати, а чего ты без записей?

— Да это я, чтобы не демаскировать миссию, — туманно пояснил Серега. — Там и так на нас косились, мол, ходят, выспрашивают…

— Ну ладно, продолжай.

— А чего продолжать? Одно вино и осталось. Поставка двести литров в два дня. Раз в неделю Юрка его вывозит. Это в среднем семьсот бутылок. Продает по двадцать долларов. По его словам. Потому что бумаг, естественно, никаких нет. Это четырнадцать тысяч за партию или пятьдесят шесть тысяч в месяц. Значит всего в месяц получается пятьдесят шесть плюс двенадцать и шесть плюс шесть семьдесят четыре и шесть тысяч. Так что получается, что он если и покривил душой, то в пределах статистической погрешности.

— Хорошо, — буркнул Бобров с одной стороны довольный, а с другой стараясь это не показать. — А расходы?

— Расходы-ы, — сказал Серега. — А вот расходы, шеф, после завтрака, — и заканючил. — Ну, шеф, ну нельзя столько терпеть. Ведь не война или еще какой экстрим. А за завтраком мы же вообще не пьем.

Бобров посмотрел на него с сомнением.

— Ладно, — сказал он. — Поверю. Но смотрите у меня.