— Градусник?! — не веря себе, спросила я у зеленого чуда. И оно радостно закивало в ответ!
И тут мне стало не до ящеров и не до градусников, потому что чертенок пошевелился, и я заметила, что так напугавшие меня кровавые полосы почти исчезли с его тела. А он тем временем с тихим вздохом перевернулся на спину, чуть не придавив Градусника. Тот пискнул и поспешно удрал ко мне на плечо.
Владис:
Полностью в сознание я пришел у себя… да, хаискорт! У себя дома! Я — идиот последний… Дом — это не то место, где ты родился и вырос, дом — это там, где тебе легко и хорошо.
А еще… Еще я понял, что совершенно не хочу мстить. Может быть, эта цель и была неплоха, чтобы выжить и не сойти с ума… Хотя можно было мечтать о том, чтобы выжить и добиться того, чтобы стать счастливым. Назло всем. Правда, кому "всем"? Быть счастливым, чтобы кому-то стало хуже от этого?
Много я про всех думал, пока жил здесь… с мышкой? Я просто был счастлив! Ради самого себя, а не вопреки и назло.
Я почувствовал, как по мне пробежало что-то мелкое и… холодное. Открыл глаза и уставился на странное животное, маленькое, мерзкое, зеленое, пучеглазое, с отвратительными лапками с тремя пальцами… но почему-то смотрящее на меня вполне разумным, черти мой мозг спаси, взглядом!
И тут же я почувствовал другой взгляд, родной, и виновато улыбнулся:
— Прости…
Аленка улыбнулась мне в ответ, дрожащими губами, и вдруг закрыла ладонями лицо. Ее просто затрясло в отчаянных рыданиях.
— Ну чего ты, — я привстал с дивана и притянул ее к себе. Она уткнулась мне в плечо и продолжила рыдать, обнимая и прижимая к себе с такой силой, как будто меня вот-вот снова от нее отнимут. — Все же уже хорошо! — попытался я ее успокоить. — Я здесь, с тобой. Кстати ты не знаешь, кто меня спас и… — я с отвращением посмотрел на бегающее по мне маленькое зеленое чудовище. — Что это за ужас ходячий? — я попытался щелчком стряхнуть пакость.
Ужас и пакость возмущенно запищал, вцепился в мое плечо крошечными, но острыми коготками и вдруг выстрелил длиннющим розовым языком, щелкнув меня по носу липким кончиком.
Я схватил это зеленое нечто поперек туловища и кинул с размаха… в диван. Оно зашлось истерическим писком и сменило цвет с ярко-зеленого на пунцово-красный.
— Ой! — Алена даже оторвала от меня заплаканное лицо и обеспокоенно прищурилась на писклявую красную гадость. — Чертенок, это же градусник!
— Вот ведь как его жизнь-то скрючила, — хмыкнул я, с удивлением глядя на снова зеленеющую дрянь.
Аленка вытерла слезы, шмыгнула носом и протянула чудику ладонь, на которую тот и взобрался, неодобрительно кося одним глазом в мою сторону, а вторым глядя на мышку вполне благосклонно.
— Мне так больше нравится, — вздохнула Алена и погладила зеленое чудовище мизинчиком вдоль спины. — Смотри, у него полоски, а делений нет. Это значит, что мучить чертенка больше не нужно, правда, Градусник?
И оно кивнуло!
Я быстро соскочил с дивана, оглядел себя, убедился, что на теле не осталось никаких напоминаний о моей встрече со Светлыми. Рванул на кухню, схватил первый попавшийся нож и полоснул им по ладони, оставляя глубокий порез… почти сразу затянувшийся и ставший тонкой полоской… исчезающей и сливающейся с кожей.
Я положил руку на стол и замахнулся…