Он, вообще, не походил ни на кого из виденных леди Эдит людей и она должна была признать, что этот человек с холодными, глазами, с непроницаемым лицом, пожалуй, гораздо интересней даже молодого лорда Грэхема в Лондоне…
Но что то в этом человеке было чужое, никогда леди Эдит не встречавшееся… Она вспомнила одно выражение лица Казарина, когда он разговаривал с Маршаном и ей показалось, что она где-то уже видела подобное выражение глаз…
Но сколько ни напрягала память леди Эдит, она не могла вспомнить, где именно и при каких обстоятельствах…
Во всяком случае, она решила повести решительную атаку на этого молчаливого «туземца» — так назвала про себя леди Эдит Казарина…
За окнами комнат леди Эдит царила ночь… И в этой ночи на протяжении от Иркутска до Одессы, от Москвы до Казани люди с винтовками в руках делали тяжелое и сложное дело освобождения пролетариата от собственных бандитов и от иностранных интервентов…
И та же ночь царила и над остальным миром… Антенны радиостанций вспышками электрических молний сообщали в эту ночь миру, последние известия:
— Нападение повстанцев на поезд в Сирии…
— Пожар нефтяных вышек в Моссульском районе…
— Последняя речь Ллойд-Джорджа…
— Взрыв боевых припасов добровольческой армии, доставленных Францией в Одессу…
В эту ночь антенны радиостанции работали, как и каждую ночь, готовя на утро материал для утренней прессы всего мира…
И радио-приемщики с шлемами на голове, с наушниками слушали по радио ноту Чичерина, говорившую миру о предательской политике Британии и Франции на Востоке и в колониях… Они слушали радио о последнем скандале в парламенте… о переносе тела неизвестного солдата в Париж для торжественных похорон…
Радиостанции работали в эту ночь, когда леди не спала, готовясь к встрече того неизвестного, который посещал в ее отсутствие комнаты.
И антенны вспышками молний освещали ночь, нависшую над миром, равно над Калькуттой и Одессой, Лондоном и Мельбурном…
Глава 11
Трое людей ухватились за концы грех нитей, ведших, по их мнению, к источнику их волнений и тревог…
Полковник Гаввард, арестовав индуса Абиндру, думал, что именно здесь он найдет разгадку…
Перешагнув через труп Абиндра-Ната, полковник Гаввард стал бороться с мужеством отчаяния: потому, что он чувствовал, что тот неизвестный враг, с которым он имеет дело, во много раз смелее, энергичней и предприимчивей его… Гаввард увидел остатки оборванной нити в своей руке: индус ушел, не оставив ничего, что могло бы навести на след. Единственным вещественным доказательством существования индуса служил маленький пакетик, в котором еще осталось несколько крупинок, несколько белых кристаллов: по заключению доктора Грэхама — цианистый калий, самый могучий, быстро действующий яд, доставленный неизвестно кем и неизвестно каким образом в каюту арестованного индуса…
Показания часовых ничего не дали полковнику Гавварду… И он бережно хранил маленький пакетик из белой бумаги с несколькими кристаллами яда…
Полковник Маршан, которому удалось, при посредстве Анны Ор, также ухватить кончик другой нити, ведущей неизвестно куда, работал над выяснением вопроса: действительно ли британская разведка знала кое-что о последних донесениях французской разведки — и над решением задачи: было ли все, что происходило в последнее время, делом рук Гавварда?..