– А как же обед?
– Мы вернемся через полтора часа. И пообедаем.
– Я буду вас ждать.
Вскоре Питер вновь оказался под открытым небом. Солнце светило весело, беззаботно, заполняя пространство между высокими зданиями лучистой энергией. В ней шныряли в разные стороны летательные аппараты незнакомой Питеру конструкции.
– Давайте прогуляемся, – предложила Линда. – Нам недалеко идти. Вы не против?
Питер не возражал. Ему нравилось быть на улице. Они пошли по тротуару, отделенному от проезжей части газоном, покрытым сочной травой. Он с любопытством оглядывал окружающие здания, такие высокие и, одновременно, легкие, не давящие, похожие на те, какие он видел около больницы.
– Впечатляет. Где мы находимся?
– На юге. Район Монруж. Это улица Савье.
– А Монмартр, Эйфелева башня, Елисейские поля остались?
– Да, конечно. Мы можем туда съездить… – Чувствовалось, что ее волнует совсем другое. – Питер, вы еще не успели разобраться во всех тонкостях нынешней жизни. Если вы чем-то недовольны, вовсе незачем публично заявлять об этом… – она запнулась, – в обостренной форме. Выражайте свое отношение голосованием.
Ее слова немало удивили Питера. Помолчав, он проговорил с подчеркнутой учтивостью:
– Спасибо за совет… А что там такое возвышается? – Он указывал на странное сооружение вдали, на темном контуре которого хорошо были видны светлые просветы снизу доверху.
– «Этажерка», – усмехнувшись, ответила она. – Такое весьма большое здание, похожее на громадную этажерку, на каждой «полке» которой – участок земли с коттеджем.
– Какой в этом смысл? – ошарашенно спросил Питер.
– Что значит – «какой смысл»? Человек покупает участок и строит себе такой коттедж, какой хочет.
– Но проще купить участок земли… так сказать, на ее поверхности.
– Где-то далеко от центра города купить можно. А поблизости – только в таком сотовом здании. Их прозвали «этажерками». На самом деле, похоже.
Питер смотрел на нее с сомнением.
– И что на том участке можно сделать?
– Всё. Газон вырастить, цветы посадить. Даже небольшой сад поместится. И детям есть где поиграть…