Книги

Бабочка в стекле

22
18
20
22
24
26
28
30

– Пятнадцать лет, – ответила Валентина. – Угадай, на чём в преступной банде специализировался отец Яна?

– Дайте, догадаюсь! Самодельные бомбы?

– В точку! – ответила Лисицына.

– Валентина Васильевна, не томите! Что по Клаусу?

– Клаус Майер поступил в детский дом в четырнадцатилетнем возрасте после смерти родителей. Мать мальчика погибла от перелома шейных позвонков в результате падения с лестницы. В убийстве на почве ревности обвинили отца Клауса, который её столкнул! Вину свою он признал.

– Так он отсидел? – осведомился Игнат.

– Умер через год от ножевого ранения во время драки в тюрьме. К этому времени Клаус уже был под опекой Ингрид.

– Со всеми остальными детьми?

– Именно. Ингрид всех четверых взяла одновременно. К сожалению, сведения из личных дел на этом заканчиваются, больше никакой информации добыть не удалось.

– Товарищ капитан, это уже немало. Я считаю, надо предъявлять обвинение и подавать в международный розыск по делу об убийстве Миллер и покушении на Бориса.

– А по Клаусу что? – произнесла Валентина.

– Ничего... Улик на него нет. Но есть же на Хельгу и Яна? Отпечатки Хельги в квартире Савицкой, след от обуви Яна, показания свидетелей и камер видеонаблюдения.

– Отпечатки и следы могут принадлежать и не этой парочке. Это лишь наши предположения. Это во-первых! А во-вторых, надо найти Клауса... Надо хоть одного из них найти! Ты понимаешь, что судить и сажать их должны мы? Германия не выдаст их и вряд ли осудит. К сожалению...

Перед Валентиной стояла дилемма: подать официальный запрос в Интерпол о розыске подозреваемых в преступлении Клауса Майера, Хельги Кауфман и Яниса Шварца или спланировать дальнейшую работу так, чтобы они до последнего не знали о том, что их подозревают. Одно дело – запрос информации, но совсем другое – обвинение в преступлении.

После официального запроса портреты разыскиваемых появляются на сайте Интерпола, а значит, в Красноярск эти личности больше никогда не прилетят.

Капитан Лисицына прекрасно понимала, за что убили Ингрид: очевидно, после разговора с Анной, она позвонила кому-то из этих троих и рассказала о смерти Ирины. А заодно поделилась новостью о разговоре с переводчиком российского следственного комитета, которой похвалилась всеми своими детьми! Она выдала их имена, дала номера телефонов, чем пошатнула их безнаказанность.

Орлов ругал Лисицыну за промедление и не понимал, почему она отказывается свалить с плеч этот «висяк»! Проще всего передать дело о розыске преступников в Интерпол и забыть о них навсегда!

– Лисицына, ты «майора» хочешь получить? – недоумевал он.

– Да, а почему бы и нет? – упрямо отвечала Валентина.

– А я не отказался бы от «лейтенанта» и постоянного места службы в вашем управлении! – вторил ей Игнат.