— Наконец-то. Игра в цитаты — не лучший способ идентификации, но все же… Теперь открой глаза и посмотри.
Зрение вернулось быстро, хотя перед глазами еще несколько секунд плавали красно-зеленые рыбки и приходилось часто моргать. Зато стало видно то, что заставило невольно отступить и поднять веер.
Теперь более четкой была правая Марта — она полностью отключила ноблик. А через дорогу, на месте первой Марты, которую Вэри приняла за настоящую, кривлялась странная сиреневая тень.
— Я давно поняла, что ты обожаешь дзенские методы обучения, — заметила настоящая Марта, обмахиваясь веером. — Прямо на лету схватываешь! Прошлый раз один удар по печени научил тебя проверять вертикальный параллакс стереопроекций. Теперь вот с частотой разобрались. А заодно и вспомнили методы альтернативной идентификации по общим глоссам. Хорошо хоть в отношении аудио у тебя врожденный талант. А то бы я тебе уже все уши отбила.
Вэри на всякий случай нагнула голову и проверила вертикальный параллакс. Нет, с такой точки зрения сиреневая тень не утратила объема. Но и не приобрела — ее по-прежнему лихорадило в каком-то фрактальном состоянии между вторым и третьим измерениями. Вэри тряхнула головой. Фантом исчез совсем.
— Ох, ну и грязища у тебя тут. А ведь люди просто пообщаться хотели.
Марта брезгливо оглядела трупы. Затем закрыла глаза и словно бы заснула на миг, изучая Ткань.
— М-да, раскроила ты платочек… Теперь местные банды гундов еще неделю будут делить освободившийся участок. Минус двадцать человек как минимум. Плюс опасная ниточка в здешнее временное правительство. И зачем было так строчить, милая? Лучше бы по сторонам смотрела внимательней.
— Но я же прострочила их полностью! И полностью вывела на свою… — начала Вэри.
Наставница подошла вплотную и посмотрела на нее сверху вниз. Можно было не продолжать.
— Как видишь, не полностью. Был еще кое-кто. Ты увлеклась красивой тамбурной петлей и не заметила, что тебе вдели двойную нитку. Сколько раз тебе объяснять, шпилька! — самая опасная прошивка ждет тебя как раз тогда, когда ты расслабилась.
— Это был ваянг?
— Какая разница? Было сказано: никакого рукоделия! К чему так рисковать, если ты не умеешь разутюжить самую обычную складку? Да еще в день экзамена… Даже когда Артель пришивает кого-то с помощью максимально выверенного несчастного случая или болезни — даже тогда дыры остаются огромные. А уж тут… Ох, будь ты мужчиной, я бы тебе точно что-нибудь отпорола! Ладно, сейчас не время для курсов кройки. Нас ждет Совет, чтобы утвердить твое поступление.
— Но ты же сказала, что я уже…
— Формально ты еще не «уже». Экзамен сдан, но оценка не вынесена. Они хотят тебя видеть. Шевели ногами! И вот эти бирюльки подшей куда следует. — На ладони Марты лежали знакомые серьги-каури. — За утерю такого оборудования можно схлопотать приличный штраф. А за умышленное выбрасывание — тем более.
Вэри покорно вернула серьги на уши и поспешила за наставницей. На следующем перекрестке — если можно считать перекрестком очередное пустое место между развалинами — Марта остановилась.
— Сунь-ка руку вон в тот контейнер.
Вэри присела и подняла за угол гнилой деревянный ящик, еще не успев сообразить, что контейнером назван самый настоящий гроб. Но полусгнившая рука, упавшая ей на колени, разрешила все сомнения. Вэри уронила «ящик» и отскочила. Из гроба выкатился череп, из черепа выпали ложка, солонка, курительная трубка и пара дремочипов. Кем бы ни был покойник, его похоронили с удобствами.
— Ох, ну сколько можно возиться, детка…
Марта сунула руку прямо в то, что казалось безобразным трупом, и вытащила метлу и зонтик. Зонтик протянула ученице. Вэри наконец поняла, что это.